Сжала руки под тёмной вуалью...
"Отчего ты сегодня бледна?"
— Оттого, что я терпкой печалью
Напоила его допьяна.

Как забуду? Он вышел, шатаясь,
Искривился мучительно рот...
Я сбежала, перил не касаясь,
Я бежала за ним до ворот.

Задыхаясь, я крикнула: "Шутка
Всё, что было. Уйдешь, я умру."
Улыбнулся спокойно и жутко
И сказал мне: "Не стой на ветру"

я, как ахматова, пишу тебе сотни писем
в которых мы спим с тобою в обнимку
сдвигаем наши кровати
делаем общие снимки,
не разжимая объятий.

я путаюсь в твоих проводах.
рисую совместный дом,
не прося о помощи.
лишь бы ты не был в чужих городах
лишь бы я снова не стала тонущей.

я пью только на брудершафт.
люблю твои щеки и руки
ночами осенними кутаюсь в шарф –
совсем почти не дыша,
ведь холод проще разлуки.

я знаю, насколько ты любишь ливни
и много такого вот личного.
ты не забудешь мое *don't leave me*
и все скелеты в шкафу –
хоть я кажусь и приличной.

я помню, что ты ненавидишь пятницы
и все твои *до свидания*
и, знаешь, совсем уже нету разницы
ты если уходишь –
это не знак прощания.

я, как ахматова, пишу тебе сотни писем:
тут, понимаешь, моментами, как накатит
мне только бы знать, что ты от меня зависим
мне только бы это
и достаточно, хватит

Ты была нежной
Пересекая мой двор
Я безуспешно пытался начать разговор
Нарушив предложений план,
А ты и так все поняла

мне сегодня снилось,что я скучаю по тебе
я оббегала все улочки в поиске тебя
и это отчаянье было таким сильным

на самом деле я все понимаю,но хочется услышать это из твоих уст

я уже столько раз это переживала и еще раз переживу
не страшно

Дым табачный воздух выел -
Комната, глава в крученыховском аде -
Вспомни, за этим окном - впервые -
Руки твои исступленно гладил.

Сегодня сидим вот - сердце в железе,
День еще - выгонишь, может быть, изругав,
В мутной передней долго не влезет
Сломанная дрожью рука в рукав.

Выбегу, тело в улицу брошу я,
Дикий, обезумлю, отчаянием иссечась,
Не надо этого, дорогая, хорошая,
Давай простимся сейчас.

Все равно любовь моя - тяжкая гиря ведь
Висит на тебе, куда не бежала б,
Дай хоть в последнем крике выреветь
Горечь обиженных жалоб.

Если быка трудом уморят -
Он уйдет, разляжется в холодных водах,
Кроме любви твоей, мне нету моря,
А у любви твоей и плачем не вымолишь отдых.

Захочет покоя уставший слон -
Царственно ляжет в опожаренном песке,
Кроме любви твоей, мне нету солнца,
А я и не знаю, где ты и с кем.

Если б так поэта измучила - Он
Любимую на деньги бы, славу выменял,
А мне - ни один не радостен звон,
Кроме звона твоего, любимого, имени.

И в пролет не брошусь, и не выпью яда,
И курок не смогу над виском нажать,
Надо мною, кроме твоего взгляд
Не властно лезвие ни одного ножа.

Завтра забудешь, что тебя короновал,
Что душу цветущую любовью выжег,
И суетных дней взметенный карнавал
Растреплет страницы моих книжек.

Слов моих - сухие листья ли
Заставят остановиться, жадно дыша,
Дай хоть последней нежностью выстелить
Твой уходящий шаг.

я бы смогла многое объяснить

Противно
Слов нет

Последнее время я начинаю осознанно избавляться от каких-либо надежд. Есть планы. План не так сильно зависим от эмоций, если он не свершится, то мозг начнет перебирать другие варианты, но не впадет в состояние ступора и отчаяния. Надежда - это пыль в глаза здравому смыслу и адекватному восприятию реальности. На тоненькую леску надежды мигом нанизываются различные желания. Очень сладкие, красивые, но такие невесомые и не имеющие под собой опоры.